Ветхозаветные жертвоприношения

Библейская энциклопедия архим. Никифора о ветхозаветных жертвоприношениях
Жертвоприношения у евреев.
Еще с незапамятных времен мы находим обычай приносить жертвы господствующим почти у всех тогда известных народов. Еще в первобытные времена человеческого рода, мы видим из Свящ. Писания, что сыновья наших прародителей приносят Богу жертвы (минхаг): Каин от плодов земли, которую он возделывал, а Авель от тука первенцев стад, кои он раз водил (Быт. 4:3). Патр. Ной после потопа в благодарность Богу за свое спасение приносить жертву всесожжения от всякого чистого скота и от всякой чистой птицы (Быт 8:20).
Точно также патриархи сооружали жертвенники на местах Богоявлений для принесения жертв и призывания имени Божия (Быт. 12:7, 13:4, 26:25 и др.). До времен Моисея побуждением и основною мыслию жертвы является не столько чувство виновности или греха, удаляющего человека от Бога, сколько влечение любви и благодарности к Богу за полученные от Него благодеяния. В первый раз с грехозаглаждающим значением жертвы мы встречаемся при принесении всесожжения Иовом за его детей (Иов 1:5) и за его трех друзей (42:8). Такое же значение жертвы встречаем в словах Моисея Фараону о жертвах в пустыне (Исх. 10:25). Вообще же ветхозаветные жертвы служили великим прообразом той высшей жертвы, которую некогда Сын Божий имел принести на земле за грехи людей. Закон определял не только материал для жертв и обращение с ними, но и уставлял различные роды и виды жертв для различных отношений Израильтян. Материалом для жертв служили частью животные, частью произведения царства растительного. Жертвенными животными обоих полов были: рогатый скот (бык, вол, теленок) и мелкий скот (козы и овцы), причем между овцами особенно определенно указан агнец или овен (Чис. 15:5, 6, 28:11). Затем — птицы, именно горлицы и молодые голуби (Лев. 1:14). Относительно качеств жертвенных животных требовались: известный возраст (Лев. 22:27-29) — из мелкого скота он должен быть однолетним (Исх. 12:5), а из крупного трехлетним; а в особенности требовалась телесная беспорочность: они долженствовали быть без всяких недостатков и не могли быть жертвенными животными слепые, изувеченные, с переломанными членами, кастрированные и т.п. (Лев. 22:20-24). Жертвы Богу из растительных произведений состояли из хлеба, мяса, ладана, соли и вина. Первый приносился в жертву и колосьями (Лев 2:14), высушенными на огне и растолченными, и пшеничною мукою (Лев. 2:1), с возлитым на нее елеем и положенным ладаном, и пресным хлебом (Лев. 2:2 и др.) и пшеничною мукою, приготовленною в горшке с елеем (Лев. 2:7). Каждая хлебная жертва должна была быть посыпана солью (Лев. 2:13, Мк. 9:49) и не могла быть кислою: кислое тесто и мед не должны были воспламеняться на огне Иеговы (Лев 2:11). Наконец, для жертв возлияния употреблялось вино, по всей вероятности темно-красного цвета. С жертвенным животным, предназначенным для заклания, поступали обыкновенно таким образом: его приводили пред двери святилища, т.е. к жертвеннику пред Скиниею, или храмом (Лев. 1:3, 4:4), и приносящий жертву клал свою руку на голову животного и закалывал его на северной стороне жертвенника (Лев. 1:4-11, 3:2-8 и др.); затем священник собирал кровь в сосуд и кропил ею иногда бока жертвенника, иногда роги оного, иногда роги кадильного алтаря и пр., остальная же кровь выливалась у подножия жертвенника все сожжении (Исх. 29:12, Лев. 4:7, 18). Затем приносящий жертву сдирал с животного кожу и рассекал жертву на части (Лев 1:6, 8:20); рассеченные части священник клал на жертвенник и сжигал или все, или только тук (жирные части). В последнем случае остальное мясо иногда сжигалось вне стана, иногда съедалось священниками, а частью и приносителем. При принесении в жертву голубей, священник сам свертывал им голову и кровь выцеживал на стену жертвенника, потом отделял зоб с нечистотою и бросал в пепельную кучу подле жертвенника, преломлял птицу в крыльях, не отделяя их и наконец сжигал на жертвеннике (Лев. 1:15 и след.). С растениями, если они приносились в жертву всесожжения, поступали так: священник брал часть принесенной муки с елеем, часть колосьев и лепешек и сжигал это на жертвеннике с фимиамом. Остальное доставалось священникам, но должно было съедаться не кислым, во дворе Скинии (Лев. 2:2, 3:16, 6:6,11). Сжигалась вся мука с елеем только в том случае, если: приносящий жертву сам был священник. Если же растительный дар принадлежал к жертвам мирным или благодарения и состоял из пресных хлебов и др., то только одна лепешка из всего приношения предлагалась как возношение Иегове и переходила к священнику, кропившему кровью (Лев. 7:11), остальная же часть истреблялась в праздничное время приносителями.
Из жертв, приносимых Богу Евреями, отметим следующие:
Жертва всесожжения (Быт. 7:20, 22:2, Исх. 29:42 и др.). Это была жертва среди Евреев самая обыкновенная и всеобщая. О ней в первый раз упоминается в Свящ. Писании при жертвоприношении Ноя, по выходе из ковчега (Быт. 8:20). Она состояла в том, что сжигалось все жертвенное животное со всеми его частями, за исключением кожи. Подробности принесения жертвы, а также относительно животных и качеств их означены выше. Она означала собою, что приносящий сию жертву приносит в жертву все, всего себя, и душу и тело свое, и была преимущественным прообразом жертвы Христовой. Так Мессия имел некогда принести Себя в жертву за грехи людей для их спасения (Евр. 2:9-14 и др.).
Жертва греха. Принадлежа к разряду жертв умилостивительных, обе эти жертвы были тесно соединены между собою, хотя и составили два отдельные вида жертв. Жертва греха была различна по различию лица, за которое приносилась, и по степени греховности, которая имела быть очищена. Так например предписывался для жертвытелец — при посвящении священников и левитов (Исх. 29:10, Чис. 8:7-12), за первосвященника в великий день Очищения (Лев. 16:36, 14:18-19), когда первосвященник согрешил к соблазну народа (Лев. 4:3-12), или когда согрешило все общество (Лев. 4:13,21); козел — в новомесячия и годовые праздники за грехи народа (Чис. 28:22, 30), при освящении Скинии и храма (Чис. 7:16-22, 1Езд. 6:17); коза или агнца — за прегрешения кого либо из народа, за прегрешение по ошибке (Лев. 4:27-32); однолетний агнец и овца однолетняя — при разрешении обета назореев (Чис. 6:14, 16, 19) и при очищении прокаженного (Лев. 14:10-19); горлица или молодой голубь — при очищении родильницы (Лев. 12:6), жены страдавшей долгое время кровотечением (Лев 15:29 и др.), и в замен агнца для бедного при обыкновенных грехах (Лев. 5:7); пшеничная мука — десятая часть ефы без елея и ладана, при обыкновенном грехе, для совершенно бедного, который не мог принести в жертву даже и голубя.
Что касается самого приношения жертвы, то после умерщвления животного и возложения на него руки при жертве тельца за первосвященника или за все общество, семь раз кропилось кровью жертвы в святилище пред Иеговою против внутренней завесы, затем помазывались роги кадильного жертвенника, а оставшаяся кровь выливалась у подножия жертвенника всесожжении (Лев. 4:25-30 и след.). После окропления кровью во всех жертвах за грех (исключая голубей) тук или жир и прочие тучные части отделялись от мяса и сжигались на жертвеннике (Лев. 4:8,10,19,29 и др.). Прочие части жертвенного мяса, в тех случаях, когда кровь вносилась во Святилище и Св. Святых, вместе с кожею, головою, ногами, внутренностями и нечистотою сжигались вне стана или города на чистом месте, где выбрасывался жертвенный пепел (Лев. 4:20,21). При прочих же жертвах за грех, где кровь оставалась во дворе храма, мясо должно было съедаться священниками на святом месте, во дворе Скинии. Сосуды, в которых оно варилось, должно было разбить, если они были глиняные, а если медные, то по крайней мере вычистить песком и вымыть, одежду, на которую случайно попадала кровь жертвы, нужно было вымыть в святом месте (Лев. 6:26-29). С жертвенными голубями поступали способом, указанным нами на предыдущей странице, Наконец из муки принесенной в жертву за грех, вместо птицы, священник брал полную горсть и сжигал ее на жертвеннике (Лев. 5:12), остальное же принадлежало ему, как приношение хлебное (Лев. 5:11-19).
Жертва вины была назначена только для частных лиц и притом за такие преступления, которые хотя не были достойны смерти, требовали однако удовлетворительного наказания. Она состояла из овна, большею частью по оценке священника (Лев. 5:15 и др.), или овцы, или козы, или ягненка (Лев. 5:1-19, Чис. 6:12). По заклании животного на северной стороне жертвенника, кровь его кропилась на жертвенник со всех сторон, тук сжигался на жертвеннике, как и при жертве за грех, а мясо съедалось священниками в святом месте (Лев. 7:1-7 и др.).
Жертва спасения или мира (Лев. 3:1) — тройная: жертва хвалы или благодарственная (Лев. 7:12), жертва обета и наконец жертва вольная (Лев. 7:16). Для этой жертвы можно было употреблять всякий рогатый скот беспорочный, крупный и мелкий и обоего пола (Лев. 3:16, 9:4). В мирных жертвах голуби нигде не упоминаются. Обрядовые действия над этою жертвою до кропления кровью сходны с действиями жертвы всесожжения (Лев. 3:2, 8:13). Затем из жертвенного животного отделялись жирные внутренности, те же что и при жертве за грех, и сжигались на жертвеннике, положенные поверх всесожжения (Лев. 3:3-5,9-11, 14-16, 9:18). Далее отделялись грудь и правое плечо; последнее оставлялось служащему священнику, а первая приносилась Иегове через обряд потрясения* [* Возношение и потрясение пред Господом (Исх. 29:24-28 и др.) Обрядовые действия приношения и посвящения жертвы Богу; при чем с последним обрядовым действием соединялось потрясение жертвенных частей пред Господом, особенно при мирных жертвах, или спасения и при посвящении священников (Исх. 29:24, Лев. 8:27). Такое же потрясение совершалось при возношении первого снопа на второй день Пасхи (Лев. 23:11) двух ягнят и первого плода, приносимых в Пятидесятницу (Лев. 23:20). Самый обряд состоял, по объяснению талмудистов, в крестообразном движении посвящаемого Богу дара взад и вперед, на лево и на право, в направлении к Святому Святых. Впрочем в Свящ. Писании прямо об этом не говорится. Иногда священник брал на свои руки приношение и возносил его прямо пред Господом (Чис. 5:25); иногда он возлагал на руки приносящего жертвенное приношение и, подложив свою руку, совершал потрясение. Так совершено было Моисеем при посвящении священников (Исх. 29:24); так совершалось и при посвящении Назореев (Чис. 6:19, 20)]. Остальные части животного отдавались принесшему жертву, и из них устроялся жертвенный пир, в котором могли принимать участие все члены их семейств, по предварительном левитском очищении (Лев. 7:15-18, 22-30). Мясо жертвы хвалы или благодарения должно было снедать в самый день жертвоприношения (Лев. 7:15-18, 22:30). При жертве же обета и вольной жертве, оставшееся от первого дня должно было съедать утром следующего дня, а не съеденное в означенные сроки, должно было сжигать, но не на жертвеннике (Лев. 7:16-18). Под угрозою истребления запрещалось есть мясо мирной жертвы лицам, находящимся в нечистоте или осквернившимся какою либо нечистотою (Лев. 7:20-21). В мирных жертвах вместе с пресным хлебом и лепешками с елеем можно было приносить в жертву и квасной хлеб (Лев. 7:12-13).
Жертва бескровная, дар бескровный. Веществом для оных служили хлебные зерна или колосья, мука с елеем и ладаном, хлебные печенья с елеем в разных видах, ладан и вино. Иногда вещества эти присоединялись к другим приношениям и жертвам, а иногда приносились и отдельно. Они частью принадлежали алтарю, а частью священникам и левитам. Ко всем подобным приношениям всегда присоединялась соль, но кислый хлеб и ничто квасное никогда не сжигалось на жертвеннике, а мед вовсе был исключен из числа приношений (Лев. 2:2, 6:14-16, Числ. 28:5).
Жертва очищения см. День очищения*  [* День очищения (Лев. 16:2-34, 23:26-32) — 10-й день седьмого месяца (по нашему счислению 10 сент., соединявшийся у Евреев с постом и сокрушением о грехах. В этот день первосвященник приносил жертву за себя, поставив пред Скиниею двух козлов, и по жребию одного из них закалывал и приносил в жертву за грехи всего народа; входил несколько раз в Св. Святых, кадил и кропил кровью над очистилищем, а потом возливал кровь на рога алтаря и также кропил на него. Над другим же козлом он исповедывал грехи всего народа и повелевал изгнать его в пустыню. Все же священнодействие оканчивалось всесожжением. Обряд этот, несомненно, служил прообразом искупительной, очистительной и умилостивительной жертвы Христовой (Евр. 11:11-14)].
Жертва ревнования см. Ревнование* [* Вода ревнования (Чис. 5, 11-31) — горькая вода, употребляемая при испытании виновности или невинности, которую должна была выпить, при совершении известных обрядов и при произнесении клятвы, подозреваемая в прелюбодеянии и которая наводила на нее проклятие, если она оказывалась виновной].
Жертва возлияния см. Возлияние жертвенное* [* Возлияние жертвенное (Чис. 15:5, 28:7, 8, 10 и пр., 4Цар. 16:13) — ветхозаветный обряд, состоявший в том, что виноградное вино выливалось вокруг алтаря к подножию оного. Он (т.е. первосвященник) простирал свою руку к жертвенной чаше, лил в нее из винограда кровь, и выливал ее к подножию жертвенника в воню благоухания вышнему Всецарю, — так говорит о сем обряде, конечно, имевшем глубокое таинственное значение, как и все ветхозаветные жертвы, Иисус сын Сирахов (Сир. 50:17)].
(Библейская энциклопедия. Труд и издание архимандрита Никифора. М., 1891, репринт “Terra” М., 1991, С. 258-260, 190, 129)


И.И.Дмитриевский о прообразовательном значении Ветхозаветных жертв
(Мы сочли полезным добавить к тексту И.И.Дмитриевского несколько примечаний со святоотеческими цитатами, — iskuplenie.wordpress.com)
«Закон, данный от Бога через Моисея, … предписал многие виды жертв *, именно: 1) Всесожжения (Лев. гл.1), которые состояли в сожжении всей приносимой вещи в честь Верховного Существа и признании Высочайшего господства Его над всеми тварями. 2) Жертвы за грехи (Лев. 4, 10-12), которые также сожигаемы были частью на алтаре приношений, частью же вне стана. Жертвы сии означали, что люди, приносившие их, заслуживали за свои грехи, по правосудию Божию, также смерть и истребление, как истреблялись животные за грехи приносивших; потому Слово Божие возвещает, что без кровопролития не бывает оставление(грехов) (Евр. 3:22) **. 3) Жертвы спасения или мирные (Лев. гл.3; 1Цар.13:9), кои возносимы были Господу в знак благодарения за полученные от Него благодеяния или для испрашивания новых Его милостей.
[* Ср. у Свт. Григория Богослова: «… дается нам в помощь Закон, как бы стена, поставленная между Богом и идолами, чтоб отводить от идолов и приводить нас к Богу. И в начале позволяет он иное маловажное, чтобы приобресть важнейшее. Дозволяет пока жертвы, чтобы восстановить в нас ведение о Боге. Потом, когда наступило время, отменяет и жертвы, постепенными лишениями премудро изменяя нас, и навыкших уже к благопокорности приводя к Евангелию. Так и на сей конец взошел писанный Закон, собирающий нас ко Христу; и такова, по моему рассуждению, причина жертв» (Слово 45-е, на Пасху). Ср. также у Свт. Иоанна Златоуста: «Бог, желая при посредстве такого рода праздничных собраний исправить иудеев в сторону благочестия, позволил им приносить жертвы, дает им и жертвенный алтарь, повелевает приносить в жертву и овец, и козла, и вола, и делать все, что доставляло им радость. Бога это не услаждало» (Слово в день памяти мучеников), — прим. наше.
** Ср. у Свт. Иоанна Златоуста: «Мы оскорбили (Бога) и должны были умереть, но Он (Христос) умер за нас и соделал нас достой­ными завета. (…) И там кровь, равно как и здесь кровь. Не удивляйся, что там не Христова кровь; там ведь был прообраз; потому (апостол) и говорит: Почему и первый [завет] был утвержден не без крови(Евр. 9: 18).  … нужен был прообраз как завета, так и смерти» (Беседа 16-я на Послание к Евреям), — прим. наше].
(…) Хотя все эти  жертвы установлены по повелению Божию, однако, они сами по себе были недостаточны для достижения тех великих целей, для которых были приносимы (Пс. 39: 7-9; 50: 18; Ис. 1: 11; 66: 4; Амос 5: 21, 22; Мих. 6: 6-8). Да и можно ли помыслить, чтобы Богу, Духу чистейшему, бесплотному, угодны были только одни всесожжения: огонь, пожирающий тело и кости животных, и дым, восходящий от жертвенника? Возможно ли помыслить, чтобы бесконечная Правда Божия только за это простила человеку его преступления против Святой воли? Невозможно, — восклицает Св. ап. Павел, — крови юнчей и козлей отпущати грехи (Евр. 10: 4). Но поскольку Сам Бог, установляя Законные Жертвы, благоволил обещать приносящим отпущение грехов их:оставится им грех (Лев. 4: 20, 27-31, 35),  то необходимо должно предполагать, что в Священнодействиях Левитских заключалась особая Таинственная сила, действовавшая духовным образом на души приносящих кочищению совести от мертвых дел.
Заклание животных в жертву, по предвечному Божию предуставлению прообразовало заколениеБожественного Агнца (Иоан. 1: 36; Апок. 13: 8; Евр. 10: 1; Кол. 2: 17), имевшего омыть на кресте Кровию Своею грехи всего мира. Сия величайшая Жертва таинственно благоухала на всех жертвенниках ветхозаконных, со всеми приносимыми Богу всесожжениями и своею бесконечною силою соделывала приятными Ему прочие дары и жертвы, приносимые с верою в грядущего Искупителя (Гал. 3: 24; Рим. 10: 4) ***.
[***  Ср. у Свт. Афанасия Великого: «Ради того введены были жертвы, чтобы иметь им символическое знаменование и быть прообразами; ибо с Законом тесно была соединена сень грядущих благ (Евр. 10:1), и лишьдо времене исправления (Евр. 9:10) установлены были эти прообразы» (19-е Пасхальное послание). Ср. также у Свт. Григория Богослова: «Но чтобы познал ты глубину мудрости и богатство неисследимых судов Божиих, сами жертвы не оставил Бог вовсе неосвященными, несовершенными и ограничивающимися одним пролитием крови, но к подзаконным жертвам присоединяется великая и, относительно к первому (т.е. Божественному) Естеству, так сказать, незакалаемая Жертва (Христова) — очищение не малой части вселенной, и не на малое время, но целого мира и вечное» (Слово 45-е, на Пасху), — прим. наше].
(…) Он (Сын Божий), входя в мир для исполнения великого Своего посольства, рек к превечному Отцу: жертвы и приношения не восхотел еси, тело же совершил Ми еси; тогда рех: Се иду, еже сотворити волю Твою, Боже (Пс. 39: 7-9; Евр. 10: 5). «Не восхотел еси умилостивляем быть ни приношением животных, ни приношением хлебов и фимиама, но жертвою бесконечной цены: сего ради смертное тело восприяти благоволил еси Мне ****. Сего ради сказал: се прииду, се гряду! да Сам буду Священник и Жертва» (Толк. Псалм., М., 1791 г. ч.1, л. 177 об.), — которую и вознес, окончив подвиг святейшей жизни Своей на Алтаре Крестном.
[**** Ср. у Свт. Василия Великого: «Заметь же, не сказал, что не хочет всякой крови, но крови известных животных. Ибо не сказал, что не хочет Крови, излиянной в последние веки в отпущение грехов, которая лучше глаголет,нежели Авелева (ср.: Евр. 12, 24) …  Нет уже жертв всегдашних (ср.: Исх. 29, 42), нет жертв в день очищения, нет пепла юницы, очищающего оскверненыя (ср.: Евр. 9, 13). Ибо одна жертва – Христос и мертвость святых по Христе; одно кропление – баня пакибытия (ср.: Тит. 3, 5); одно умилостивление за грех – излиянная за спасение мира Кровь. Для того отменяет первое, чтобы постановить второе» (Толк. на 1-ю гл. Кн. пророка Исайи). Ср. также у Блж. Феодорита Кирского: «Древнее очистилище было и бескровно, как неодушевленное, принимало же на себя капли крови жертвенных животных; а Владыка Христос есть и Бог и очистилище, и Архиерей и агнец и собственною Своею кровию приобрел наше спасение, востребовав от нас одной веры» (Толк. на 3-ю гл. Послания к Римлянам). Ср. также у Блж. Феофилакта: «Жертвы и приношения Ты не восхотел (Пс.39:6). Очевидно, установленные законом. Приношение же здесь обозначает нечто отличное от жертвы, и я думаю, что этим именно обозначаются бескровные жертвы. Но тело уготовал Мне (Пс.39:6). То есть Ты определил, чтобы Тело Мое сделалось всесовершеннейшей жертвой. … тогда сказал «Я — Христос: вот, иду исполнить волю Твою». Воля же Бога Отца — в том, чтобы Сын был заклан за мир, чтобы люди оправдались, но не чрез жертвы, а чрез смерть Сына Его» (Толк. на 10-ю гл. Послания к Евреям),- прим.наше].
Сия, бесконечной цены, высочайшая, Божественная Жертва, однажды принесенная на кресте, исполнила все прообразования кровопролитных жертв аароновых, омыла грехи человеческого рода (1Иоан. 1: 7; 2: 2), угасила гнев Правды Божией (Рим. 5: 9-11), удовлетворила за вину, лежавшую на людях, бесконечно оскорбивших величество Вседержителя, и, будучи вознесена в самое небо (Евр. 9: 24), отверзла туда путь всем верующим, к наследию вечного блаженства (Евр. 10: 19-20).
(“Историческое, догматическое и таинственное изъяснение Божественной Литургии”, репринт. изд. 1897 г., М., Издательский отдел Московского Патриархата, 1993, СС. 11-12; 15-16)


Архиеп. Аверкий (Таушев). Спасение жизни у жертвенника как прообразование спасения во Христе. Первосвященство Христово. Прообразовательное значение жертв
«… разрешились уста Захарии [Лк.1:64 и след.], и он в пророческом вдохновении, как бы предвидя уже наступление царства Мессии, стал прославлять Бога, посетившего народ Свой и сотворившего избавление ему, Который «воздвиг рог спасения в дому Давида». Подобно тому, как преступники, преследуемые мстителями, убегали в Ветхом Завете к жертвеннику всесожжения и, ухватившись за его рог считались неприкосновенными (3 Цар. 2:28), так и весь человеческий род, угнетаемый грехами и преследуемый за это Божественным правосудием, находит себе спасение во Христе Иисусе. Это спасение не есть только избавление Израиля от политических врагов его, как думало в то время большинство евреев, особенно книжники и фарисеи, а исполнение завета Божия, данного ветхозаветным праотцам, которое даст возможность всем верным израильтянам служить Богу «преподобием и правдою». Под «правдою» разумеется здесь оправдание Божественными средствами, чрез вменение человеку искупительных заслуг Христовых; под «преподобием» — внутреннее исправление человека, достигаемое при содействии благодати усилием самого человека».
[В 8-й гл. Послания Евреям] «Апостол говорит о преимуществах первосвященнического служения Христова на небе: Христос тоже приносит там жертвы. Это — непрестанное ходатайство за нас пред Отцем Своим Небесным, как следствие той великой Жертвы, которую Он однажды раз навсегда принес за нас на кресте(ст. 3 [1]). На земле Его не признали бы священником по формальным причинам; кроме того большая разница в самом существе священства левитского и священства Христова, ибо ветхозаветные священники совершали служение, которое имело только символическое и прообразовательное значение — все же эти символы и прообразы как раз и осуществились во Христе, Который установил Новый Завет, предсказанный еще в пророчестве Иеремии (31:31-34 [2]). Слова пророка Иеремии об установлении Нового Завета Апостол Павел и приводит полностью в ст. 8-12, после чего делает свое заключение: «Говоря «новый» (пророк) показал ветхость первого; а ветшающее и стареющее близко к уничтожению» (ст. 13).
Девятая глава вся посвящена сравнению двух заветов — Ветхого и Нового — и указанию на несравненное превосходство Нового. Рассматривая в первых 7-ми стихах устройство скинии, Апостол показывает, что самое ее устройство и совершавшиеся в ней богослужебные обряды с принесением в жертву животных уже внушают мысль о неудовлетворительности и о временном их значении. При описании скинии Апостол обращает главное внимание на недоступность Святого-Святых не только для народа, но и для самих священнослужителей, из которых только один первосвященник мог вступать туда, да и то однажды в год «не без крови, которую приносит за себя и за грехи неведения народа» (ст. 7). Этот отрывок Евр. 9:1-7 читается за Божественной литургией в некоторые Богородичные праздники, как например, Введение во Храм Пресвятыя Богородицы 21 ноября и на Покров 1 октября, т.к. скиния прообразовала собою Божию Матерь.
Устройство скинии показывало, что в Ветхом Завете небо было закрыто для людей и люди были разобщены с Богом; все ветхозаветные обряды имели лишь временное значение (ст. 8-10 [3]). Преимущество Нового Завета в том, что в нем священнодействует в нерукотворенной скинии Христос, первосвященник будущих благ, уже не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Собственной Кровью, Которой Он однажды навсегда приобрел для нас вечное искупление (ст. 11-14 [4]). Великое значение Крестной Жертвы Иисуса Христа в том, что Он, принеся в жертву Богу Свою собственную Кровь, сделался Ходатаем Нового Завета (ст. 15). В 16 ст. Апостол выясняет необходимость смерти Ходатая Нового Завета в таких словах: «ибо, где завещание, там необходимо, чтобы последовала смерть завещателя», и в 17 ст.: «потому что завещание действительно после умерших: оно не имеет силы, когда завещатель жив» — необходимость смерти Христовой Апостол выводит из двух обстоятельств, обозначаемых одним греческим словом: «диафики». Это слово значит и завет в смысле союза или обоюдного договора, и завещание в смысле посмертного наказа или распоряжения. Христос должен был умереть, потому что как в древности Ветхий Завет был основан на крови жертвенных животных, так и Новый Завет мог быть основан только на крови Посредника или Примирителя между Богом и людьми, ибо необходимо было этой кровью уничтожить грех, который вносил это разделение. Вместе с тем Христос должен был умереть для того, чтобы оставить людям завещание — сделать их наследниками уготованного им вечного спасения.
В 18-23 [5] Апостол объясняет, что кровь тельцов и козлов в Ветхом Завете имела только прообразовательное значение и имела силу только, как прообраз искупительной крови Агнца Божия Христа, имевшего пролить ее за грехи людей. Громадное преимущество Христа, как Первосвященника Нового Завета, св. Ап. Павел указывает в том, что Он вошел однажды и раз навсегда, совершив наше спасение Своею Кровью, не во Святая-Святых, как ветхозаветные первосвященники, а «в самое небо, чтобы предстать ныне за нас пред лице Божие» (ст. 24).
Прим.:
1. «Всякий первосвященник поставляется для приношения даров и жертв; а потому нужно было, чтобы и Сей также имел, что принести».
2. «Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь. Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом. И уже не будут учить друг друга, брат брата, и говорить: «познайте Господа», ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более».
3. «Сим Дух Святый показывает, что еще не открыт путь во святилище, доколе стоит прежняя скиния. Она есть образ настоящего времени, в которое приносятся дары и жертвы, не могущие сделать в совести совершенным приносящего, и которые с яствами и питиями, и различными омовениями и обрядами, относящимися до плоти, установлены были только до времени исправления».
4. «Но Христос, Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения, и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление. Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!»
5. «Почему и первый завет был утвержден не без крови. Ибо Моисей, произнеся все заповеди по закону перед всем народом, взял кровь тельцов и козлов с водою и шерстью червленою и иссопом, и окропил как самую книгу, так и весь народ, говоря: это кровь завета, который заповедал вам Бог. Также окропил кровью и скинию и все сосуды Богослужебные. Да и все почти по закону очищается кровью, и без пролития крови не бывает прощения. Итак образы небесного должны были очищаться сими, самое же небесное лучшими сих жертвами».

Архиеп. Аверкий (Таушев). Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета.


Популярные сообщения из этого блога

Транcерфинг реальности Зеланда - очень опасный обман.

КТО ТАКИЕ БАПТИСТЫ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ПРАВОСЛАВИЯ?

Чем опасно гадание по руке?